Даниэль Клугер (dkluger) wrote,
Даниэль Клугер
dkluger

Categories:

Германская альтернатива Декларации Бальфура

8 ноября - годовщина принятия английским правительством Декларации Бальфура. То есть, документа, ставшего первым шагом на пути создания Израиля. Но все могло сложиться совершенно иначе - тогда, в 1917 году. Об этом я пару лет назад написал статью, которую выкладываю сегодня - так сказать, в преддверии годовщины.

Когда ничего не было решено

Даниэль Клугер

Сегодня привычным кажется тот факт, что в возникновении Государства Израиль большую роль сыграло сотрудничество лидеров сионизма с Антантой в годы Первой мировой войны – сотрудничество, в конечном итоге завершившееся появлением декларации английского правительства, признавшей права евреев на Палестину. Вспомним еще раз текст этого исторического документа. Вот так она сформулирована была в письме тогдашнего министра иностранных дел Великобритании А. Д. Бальфура к лорду Ротшильду:
"Мой дорогой лорд Ротшильд!
Я весьма рад послать Вам от имени правительства Его величества следующую декларацию, выражающую симпатии к еврейским сионистским стремлениям, которая была обсуждена и одобрена кабинетом.
Правительство Его величества выражает благожелательное отношение к созданию в Палестине национального дома для еврейского народа и приложит все усилия к осуществлению этой цели. При этом определенно предусматривается, что ничего не будет предпринято, что могло бы нанести ущерб гражданским и религиозным правам живущего в Палестине нееврейского населения или правам и политическому положению евреев в других странах.
Я буду Вам благодарен, если доведете настоящую декларацию до сведения Сионистской Федерации. Искренне
Ваш Артур Джеймс Бальфур".
Формулировки этого документа, конечно же, сегодня выглядят весьма умеренными. И речи нет о еврейском государстве, а понятие "национального очага" столь неопределенно, что трактовать его можно было как угодно – что и происходило в дальнейшем на протяжении десятилетий британского мандата, вплоть до решения ООН о разделе Палестины на два государства – еврейское и арабское.
И тем не менее появление "декларации Бальфура" было расценено как победа той части сионистского движения, которая изначально, с первых дней войны поставила на победу англичан и французов, – и на поражение Германии и ее союзников…
Впрочем, стоп! Декларация Бальфура датирована 8 ноября 1917 года. Война же продолжалась еще почти ровно год (перемирие между воюющими сторонами наступило 11 ноября 1918 года). Неужели для Вайцмана, Жаботинского, Аронсона и других лидеров сионизма, активно сотрудничавших с англичанами, все заранее было ясно? Неужели еще в 1914 году, после начала войны, они уже видели то, чего не видели правительства самих воюющих стран? Неужели с первых дней войны лидеры сионизма были абсолютно уверены в победе Англии, Франции и России и непременно поражении Германии и Австро-Венгрии? Неужели они просто правильно поставили в этой игре на подлинных фаворитов, и выигрыш их был вполне очевиден?
Если же они не были уверены в победе Антанты и вступили в игру, стремясь этой победе серьезно поспособствовать, то каким именно оказался их вклад в нее, а главное, каковы были первоначальные шансы тех представителей сионистов, которые "ввязались" в эту мировую бойню на стороне одной из двух коалиций?
Начнем с того, что в мировом сионистском движении до войны "англофилы" отнюдь не составляли большинства. Тон во Всемирной сионистской организации (ВСО) как раз задавали сионисты германоязычного мира – Австрии и Германии. Что, в общем-то, соответствовало традиции – ведь и отец политического сионизма Теодор Герцль австрийский еврей. Его кумиром был Бисмарк, его деятельность поддерживали австрийский и германский императоры. Именно в Берлине с 1912 года находилось руководство ВСО. Что же до политического авторитета в Германии и Австро-Венгрии тамошних сионистов, то он существенно превосходил то, чем могли бы похвастать евреи Англии и Франции, тем более – России. Высокое положение занимал один из руководителей ВСО всемирно известный ученый Отто Варбург, впоследствии – Нобелевский лауреат. Депутатами германского рейхстага были Теодор Злочиски и некоторые другие немецкие сионисты.
С началом войны симпатии многих евреев – причем не только немецких и австрийских – были на стороне Германии. Во-первых, у ее врагов – Франции и России – была репутация стран с сильными антисемитскими традициями. О деле Дрейфуса еще слишком хорошо помнили в еврейской среде; что же до антисемитской политики царского правительства, то она мало способствовала симпатиям к союзникам России в начавшейся войне. Антироссийские настроения усилились по мере появления информации о творившихся в прифронтовой полосе бесчинствах – массовом изгнании евреев, погромах, учиняемых казаками, и тому подобном. Англия и Франция были всерьез озабочены этими событиями и пытались повлиять на русское правительство, но им это удавалось мало. Замечу здесь (хотя это не связано непосредственно с темой настоящей статьи), что представление самих российских евреев о немецких солдатах как своих защитниках на оккупированных Германией территориях, сыграло впоследствии трагическую роль. Некоторые советские евреи в 1941 году отказывались эвакуироваться перед угрозой наступающих гитлеровских армий, потому что не видели со стороны немцев никакой угрозы: "Будете вы мне рассказывать! Это все выдумки! У нас немцы жили в 1918 году, я же помню!" И не подсчитать уже, какой процент среди жертв Бабьего Яра и Освенцима составили эти, не понимавшие, насколько немцы изменились за двадцать с небольшим прошедших лет…
Таким образом, среди евреев стран, не участвовавших в войне – в первую очередь, это относится к США – симпатии скорее были на стороне Австрии и Германии, чем Антанты. Симпатии эти, в определенной степени влиявшие на мировое общественное мнение, не могли не учитываться по обе стороны фронта. Следует обратить внимание и на положение сионистских лидеров в разных странах. Хотя руководство ВСО приняло решение сохранять нейтралитет, в Германии склонность правительства (а в еще большей степени – военных кругов) к сионизму были значительно выше, чем во Франции или Великобритании. Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж в своих мемуарах (1924) отмечал: "Не кто иной, как евреи помогли германской армии сломить в Польше гнет царизма... Евреи пользовались влиянием и в других странах, в особенности в Америке, где некоторые их лидеры оказали воздействие на президента Вильсона, сдерживая его стремление сблизиться с союзниками. Германский генеральный штаб в 1916 г. настаивал, чтобы турки уступили сионистам в вопросе о Палестине". Возможно, в своих мемуарах английский премьер преувеличивает истинное влияние сионистов – тем более, что немало среди еврейских лидеров было и антисионистов. Но общая картина, по-видимому, соответствует действительности – власти Германии и Австро-Венгрии безусловно были более склонны к поддержке сионистов, нежели правительства стран Антанты (особенно России). Мало того – и германский генштаб (если верить Ллойд Джорджу), и часть депутатов рейхстага (в первую очередь, конечно, депутаты-сионисты) развернули бурную деятельность по подготовке к принятию декларации о признании прав евреев на национальный очаг в Палестине – по сути, немецкий аналог декларации Бальфура, но даже более радикальный. В 1954 году, среди документов императорской канцелярии была опубликована записка, в которой говорилось о готовности Вильгельма II "принять под императорское покровительство будущие еврейские колонии в Палестине". Так что и придворные круги поддерживали такую политику. И главное: территория еврейского "национального очага" – Палестина – находилась во власти Турции, бывшей тогда союзницей Германии, в то время как Англии эту территорию еще нужно было отвоевать. Отношение же самой Турции к идее еврейского государственного строительства на ее территории тоже было отнюдь не столь отрицательным: палестинское захолустье, по мнению Константинополя, вполне могло стать, например, еврейским образованием в рамках Оттоманской империи с широкой автономией. Учитывая сильнейшее немецкое давление, можно предположить, что турецкие власти, хотя и со скрипом, но согласились бы с требованиями сионистов, подкрепленными германским влиянием. В пользу такого мнения говорит и создание в Германии еврейского Комитета по восточным делам, занимавшегося защитой интересов евреев Восточной Европы и Оттоманской империи.
Словом, логично было бы предположить, что с началом войны сионисты начнут поддерживать именно Германию и Австро-Венгрию, но уж никак не Англию и Францию – союзниц антисемитской России. В том, что часть их поступила иначе, не последнюю роль сыграли причины личного характера, имевшиеся у Вайцмана и его сторонников. Тот факт, что в итоге англичане опередили немцев в публикации официального признания чаяний сионистов, свидетельствует еще и о, безусловно, выдающихся способностях тех же Вайцмана, Жаботинского и других.
Декларация Бальфура, если верить израильскому историку Шмуэлю Кацу, опередила аналогичный документ германского кабинета министров всего лишь на несколько месяцев. Можно предположить, что тормозом в какой-то степени стали военные успехи Германии. К осени 1917 года положение на европейских фронтах складывалось не в пользу Антанты: успешные наступления немцев на Западном фронте и фактический развал Восточного в связи с революцией в России ставил в тяжелое положение союзников, и даже вступление в войну в апреле 1917 года США поначалу не воспринимался немецким командованием как начало конца. Так что союз с сионистами мог, по их мнению, подождать. Для англичан же ситуация выглядела прямо противоположной: угроза военного поражения оказалась вполне реальной, в США же, несмотря на начало военных действий, доктрина Монро о невмешательстве в конфликты Старого Света все еще имела немало сторонников, в том числе и среди прогермански настроенных влиятельных еврейских лидеров. Просионистская декларация была одним из шагов, способных закрепить участие США в мировой войне. Советник президента Вудро Вильсона судья Верховного суда Луис Д. Барандайз являлся одним из руководителей американских сионистов, долгое время поддерживавших изоляционистскую политику. После принятия декларации Бальфура его позиция резко изменилась. Безусловно, предоставление в распоряжение Антанты колоссального военно-экономического потенциала США сыграл в войне решающую роль.
Но, повторяю, еще ничего не было решено даже в конце 1917 года, и война продолжалась целый год.
Это показывает, на какой серьезный риск пошли представители "англофильского" крыла сионистского движения, начав сотрудничество с Антантой в начале войны. И не только на риск. Не секрет, что турецкие власти вели репрессивную политику по отношению к части ишува – к жившим в Палестине евреям, имевшим гражданство враждебных Турции стран: России, Франции и Великобритании. В известной степени репрессии были спровоцированы и политикой англофильских кругов. По сути, выступление Вайцмана и Жаботинского на стороне Великобритании, формирование Еврейского легиона в составе английской армии, создание Аароном Аронсоном разведывательной организации НИЛИ, действовавшей на территории Палестины в пользу англичан, до известной степени затруднило работу немецких сионистов по принятию Германией сионистских требований. Сейчас, конечно, можно доказывать, что благодаря еврейской активности на стороне англичан, Великобритания приняла Декларацию, а затем Мандат Лиги наций. Но, повторяю, так видится сегодня. Тогда же еще ничего не было решено. Если бы победила Германия – то, что, как мы полагаем, помогло созданию Израиля, помешало бы этому. Поэтому можно понять обвинения в адрес "англофилов" со стороны германских и австрийских сионистов и большей части руководства ишува. К слову сказать, именно благодаря руководителям германских сионистов большинство участников НИЛИ после раскрытия турками организации отделались относительно на удивление легким наказанием. Исключение составили двое казненных – Лишански и Белкинд. Прочих, несмотря на тяжелое по военным временам преступление – шпионаж в пользу враждебного государства, – приговорили к небольшим тюремным срокам, от двух лет до шести месяцев. При том, что среди обвиняемых были и офицеры турецкой армии. На этом настояло правительство Германии. Оно же удержало турок от готовившихся массовых репрессий против палестинских евреев.
И в завершение этой статьи несколько фантазий на тему "что было бы…" Действительно, если бы активность Хаима Вайцмана и его сторонников не увенчалась успехом, а настроение германских военных, еще в 1916 году считавших необходимым поддержать сионистские притязания на Палестину, имели бы реальное продолжение – соответствующую декларацию, да еще и поддержанную Турцией – "хозяйкой" Палестины? Что бы произошло тогда?
В отличие от Великобритании, у Германии не было давних тесных связей с арабским миром. Поэтому, возможно, Израиль появился бы раньше и в других границах. И улицы наших городов носили бы имена сионистов-"германофилов", а вот имена "англофилов" знали бы только историки.
Что же до судьбы Европы и дальнейшей истории XX века, то тут тоже могло произойти много событий, с нашей нынешней точки зрения неожиданных. Не исключено, например, что, при всех симпатиях к Великобритании, США так и не вступили бы в войну, оставив Антанту один на один с успешно действующей Германией. С выходом из войны России и невступлением в войну США Германия имела реальный шанс победить на Западном фронте.
Как разворачивались бы события в мире после этого? Ведь не секрет, что Версальский договор стал миной, которую заложили сами союзники. Неизбежным стал рост реваншистских настроений в униженной и ограбленной Германии, усиление националистических организаций, в конечном счете – возникновение гитлеровской партии. Всего этого, скорее всего, не было бы, победи Германия в мировой войне.
Правда, тогда очагом напряженности и центром реваншистских устремлений, скорее всего, стала бы Франция. Тут, может быть, уместно вспомнить роман Ильи Эренбурга "Трест Д.Е. или Гибель Европы", в котором именно Франция оказывается родиной фашизма. Учитывая традиционный антисемитизм этой страны, можно предположить, что и в этом альтернативном мире не обошлось бы без Холокоста – разве что свастику над воротами концлагерей сжимал бы в когтях не мрачный германский орел, а веселый галльский петух.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 7 comments